{end}


Язык:

Источник:

раскрыть

 

Структурная оппозиция:

раскрыть

Лексико-семантическое поле:

раскрыть

Означающее:  

Биографии по фамилии

раскрыть

Означаемое:  

статистика

Дата внесения с  

по

Дата изменения с  

по

Модератор: 

Логин  Пароль  | Регистрация для полного доступа | Забыли пароль? | Что дает регистрация? | Оплата доступа
Посмотреть блокнот

НИКОЛАЙ II

Версия для печати

ID: 10841
Означающее: НИКОЛАЙ II      Добавить в блокнот
Означаемое:
Язык: Русский
Источник:Государственная дума Российской империи: 1906-1917. Б.Ю. Иванов, А.А. Комзолова, И.С. Ряховская. Москва. РОССПЭН. 2008.
Структурная оппозиция: Биографии
Лексико-семантическое поле: История
 

НИКОЛАЙ II

6.5.1868, Санкт-Петербург - 17.7.1918, Екатеринбург

    Российский император, старший сын императора Александра III, вступил на престол в 1894. На протяжении первых 10 лет правления Николай II отклонял все предложения о реформировании государственного устройства России, не считаясь со все более явственным настроением в пользу реформ не только либеральной общественности, но и части высшей бюрократии. Всецело следуя консервативные концепции К.П. Победоносцева, он был убежден, что высшие представительские учреждения в любой форме несовместимы с самодержавием и что унаследованная им «историческая власть» не подлежит какому-либо изменению ввиду своей сакральной и патерналистской сущности. Выступая 17.1.1895 в Зимнем дворце с программной речью, Николай II, заявил, что намерен так же твердо и неуклонно, как император Александр III, «охранять начало Самодержавия». Пожелания некоторых земств предоставить общественным учреждениям право и возможность «выражать свое мнение по вопросам, их касающимся», он назвал «бессмысленными мечтаниями». 10 лет спустя, 4.1.1905, он подтвердил неизменность своих убеждений уходившему в отставку министру внутренних дел князю П.Д. Святополк-Мирскому: реформ хочет одна интеллигенция, народу идея представительства чужда, поэтому просто следует «запретить собираться и говорить».
    Лишь под влиянием углублявшейся революции и неудач в русско-японской войне 1904-1905 Николай II согласился издать рескрипт на имя министра внутренних дел А.Г. Булыгина от 18.2.1905, впервые предусматривавший привлечение «достойнейших» людей, избранных населением, «к участию в предварительной разработке и обсуждении законодательных предположений». На основе проекта, подготовленного Петергофским совещанием, были составлены Учреждение Государственной думы 6 августа 1905, предусматривавшее создание представительского законосовещательного органа («Булыгинской думы»), и Положение о выборах 6 августа 1905. На совещании в Петергофе Николай II предлагал назвать Думу «Государевой», но его отговорили. Подъем революционного движения, парализовавшего в октябре 1905 экономическую жизнь страны и государственный аппарат, заставил его отказаться от законосовещательного варианта, не удовлетворившего ни низы, ни верхи общества, и обещать в Манифесте 17 октября 1905, составленном под руководством графа С.Ю. Витте, наделить Государственную думу законодательными функциями, а также расширить круг избирателей.
    На другой день после подписания манифеста Николай II отметил в дневнике, что состояние его духа улучшилось, «так как решение уже состоялось и пережито»; он констатировал также, что данное им обязательство проводить законопроекты через Думу и даровать народу гражданские права - «это в сущности и есть конституция». В дальнейшем Николай II это категорически отрицал, о принятом 17.10.1905 решении сожалел и объяснял его экстраординарной ситуацией - отсутствием в тот момент возможности применить для подавления революции армию и малочисленностью в его ближайшем окружении принципиальных противников «конституции». «Немного нас было, которые боролись против нее, - писал он Д.Ф. Трепову. -... Всякий день от нас отворачивалось все большее количество людей, и в конце концов свершилось неизбежное! Тем не менее по совести я предпочитаю даровать все сразу, нежели быть вынужденным в ближайшем будущем уступать по мелочам и все-таки придти к тому же».
    С помощью Думы Николай II рассчитывал «умирить» страну и поэтому решил не откладывать ее созыв. По свидетельству С.Е. Крыжановского, в конце 1905 император сказал графу Витте: «Я отлично понимаю, что создаю не помощника, а врага, но утешаю себя мыслью, что мне удастся воспитать государственную силу, которая окажется полезной для того, чтобы обеспечить России путь спокойного развития, без резкого нарушения тех устоев, на которых она жила столько времени». 27.4.1906, накануне открытия 1-й Государственной думы, принимая в Георгиевском зале Зимнего дворца депутатов Думы и членов Государственного совета, Николай II обращаясь к ним, заявил: «Господь да благословит труды, предстоящие мне в единении с Государственным советом и Государственной думой. Приступите с благоговением к работе, на которую я вас призвал, и оправдайте достойно доверие Царя и народа». В условиях продолжавшейся революции он санкционировал переговоры, которые в 1905 Витте и в 1906 Трепов и П.А Столыпин вели с либеральными общественными деятелями о вхождение их в правительство, чтобы «Дума встала на мирный путь», но отверг все предложения либералов как «скачок в неизвестное».
    Признание императором «неизбежного» и характерные для него колебания не затронули основ его мировоззрения и не переросли в осознание насущной необходимости трансформации политического строя России. Все более склоняясь к тому, что в октябре 1905 он был обманут, Николай II отправил в отставку Витте, видя в нем главного виновника сделанной тогда уступки и сторонника сотрудничества с Государственной думой, заменив его И.Л. Горемыкиным, ненавидевшим Думу и фактически ее бойкотировавшим. Осуществленное в 1905-1906 оформление обновленного государственного строя, в том числе устранение из утвержденных им 23.4.1906 Основных государственных законов определения верховной власти как неограниченной, не было в глазах Николая II необратимым (в этом взгляды императора совпадали с позицией правомонархических сил). В интервью черносотенной газете «Гроза» (март 1908) дворцовый комендант В.А. Дедюлин рассказал, что «сам царь болеет за этот манифест и хотел бы его отменить», но не знает, «как же теперь назад все это взять». Император отдавал предпочтение решению государственных вопросов путем частого применения 87-й статьи Основных государственных законов, в обход Государственной думы и Государственного совета, и не исключал по крайней мере частичного возвращения назад - к Думе в «булыгинском» обличье.
    Примирившись с фактом присутствия Государственной думы в системе центральных государственных учреждений, Николай II по-прежнему видел в ней институт практически излишний, умалявший его престиж самодержца. Общий взгляд императора на Думу влиял на характер взаимоотношений его и правительства с палатой не меньше, чем партийный состав Думы и критические выступления оппозиционных депутатов. Отношение тех или иных государственных деятелей к Думе превратилось в один из критериев доверия или недоверия к ним императора, оно служило основанием как для выводов об их преданности монарху, так и для их увольнения.
    До конца существования российской монархии так и не была выстроена ясная и отлаженная система взаимодействия между монархом и Думой. За все время, пока функционировала Дума, он посетил ее единственный раз 9.2.1916: присутствовал на молебне в Екатериниском зале, прочел приветственную речь, обошел помещения Думы, кратко побеседовал с некоторыми депутатами и поблагодарил чинов Канцелярии Думы. Визит продолжался 40 минут. На все события этого дня Николай II отозвался записью в дневнике: «...Сказал приветствие членам Думы... Оригинальный и удачный день!». Приемы императором председателей Думы не были регулярными и не предполагали обязательного совместного обсуждения важнейших вопросов политической жизни. Летом 1912 Николай II передал свое мнение о деятельности Думы, вопреки Основным государственным законам, не непосредственно председателю Думы М.В.Родзянко, а через председателя Совета министров В.Н. Коковцова; принимая Родзянко в ноябре 1912, он не предложил ему даже сесть.
    Еще более редкими были приемы императором отдельных групп депутатов. Каждый прием начинался речью императора о своих и правительства намерениях, связанных с Думой и с обсуждавшимися ею вопросами. Император высказывал также пожелания о оценки работы палаты. После этого он обходил членов Думы, выстраивавшихся по представляемым ими губерниям. Членов 2-й ГД (группы правых и умеренных, а также Фракции «Союза 17 октября») Николай II принял в апреле 1907, членов 3-й ГД (правых и центристов) - 13.2.1908 и 8.6.1912. Условием последней аудиенции явилось принятие Думой программы военного судостроения. Приемы депутатов 4-й ГД состоялись 12.12.1912 (наряду с правыми, присутствовала часть умеренно левых) и 26.7.1914 (присутствовали все фракции, кроме двух социал-демократических, а также члены Государственного совета).
    Обращения Думы к монарху оформлялись в виде всеподданнейших адресов в начале ее работы. 1-я ГД единогласно утвердила текст адреса 5.5.1906 в ответ на речь Николая II к депутатам 27.4.1906, но император отказался принять выбранную для вручения адреса депутацию, потребовав переслать адреса через Министерство императорского двора. Ответом на адрес стала правительственная декларация 13.5.1906, в которой лишь сообщалось, что император передал адрес на рассмотрение правительства. 2-я ГД к монарху не обращалась. 3-я ГД обратилась к Николаю II с адресом 13.11.1907, но несколько фракций при его принятии воздержались, а другие отсутствовали. В адресе выражалась благодарность за «дарованные России права народного представительства» и излагались в общей форме цели, которые палата ставила перед собой. Николай II ответил резолюцией о том, что ожидает от Думы «плодотворной работы» и одновременно просил поблагодарить правых за их отдельный адрес. Комиссия 4-й ГД не сумела выработать текст адреса из-за партийных разногласий.
    Депутаты ГД не допускались на равных основаниях с членами Государственного совета на придворные церемонии, в том числе на празднование юбилеев важнейших событий отечественной истории. Пренебрежительное отношение к Думе как государственному институту выражалось и в том, что главы правительства получали бланки с указами о ее роспуске (без даты), заранее подписанные императором. Все это обрекало Думу на второразрядную роль в государстве, было источником постоянных трений между правительством и Думой, снижало их авторитет в обществе.
    Дважды (в 1906 и 1907) Николай II воспользовался правом роспуска Думы до истечения ее полномочий. После первых выборов он одобрил тактику по отношению к «проклятой Думе», проводимую Горемыкиным и Столыпиным. Требуя «твердости и решимости», он согласился с их выводом о невозможности сотрудничества с 1-й ГД и о необходимости ее роспуска. Отчасти он опередил министров, отметив, что «Дума получилась такая крайняя... благодаря широте закона 11 декабря о выборах», но все же в Манифесте о роспуске подтвердил, что намерен сохранить этот закон в силе. Он принял совет Столыпина предостеречь председателя 2-й ГД Ф.А Головина от «революционизирования народа с думской кафедры», положительно оценил тон и содержание думских выступлений Столыпина, а затем дал согласие на роспуск и этой Думы и издание, вопреки Манифесту 17.10.1905 и Основным государственным законам, нового, не обсужденного и не принятого Думой избирательного закона, причем из трех предложенных вариантов предпочел самый «бесстыжий». В связи с этим Николай II записал в дневнике, что «по случаю разгона Думы» у него было «светлое настроение» и что «всюду полнейшее спокойствие». «Союзу русского народа», приветствовавшему разгон 2-й Думы, он ответил благодарственной телеграммой, назвав его своей «надежной опорой» и «примером законности и порядка».
Николай II не возражал против безотлагательного проведения через Думу и Государственный совет предлагавшихся Столыпиным реформ, видя в них средство «успокоения». Но после того, как политическое положение стабилизировалось, он встал на сторону крайних правых депутатов Думы и Государственного совета в их конфликте со Столыпиным, когда они обвинили премьера в том, что он посягает на прерогативы верховной власти («министерский кризис» 1909). Весной 1909 император говорил, что «создал Думу не для того, чтобы она мне указывала, а для того, чтобы советовала», и вновь приветствовал (через Н.Е. Маркова) думскую фракцию крайне правых. Фактически он отказался ослабить сопротивление Государственного совета законопроектам, принятым Думой, путем, как предлагал премьер, изменения состава Государственного совета в пользу октябристов. В 1911 кризис повторился, после чего стало ясно, что император не нуждается ни в стоящем во главе правительства крупном политике-реформаторе, который своей деятельностью «заслоняет» монарха, ни в Государственной думе, занимавшейся активным реформаторским законотворчеством.
    На отношение Николая II к Думе повлияло также стремление А.И. Гучкова превратить палату и ее Комиссию по государственной обороне в центр принятия решений по военным делам (смотри Вооруженные силы), а также антиклерикальные выступления палаты и звучавшие с 1912 речи ряда депутатов о Г.Е. Распутине. Отрицательно относился он и к 4-й ГД. В июне 1914 на заседании Совета министров Николай II заявил о своем желании лишить Думу законодательных прав, но его поддержал только один министр - Н.А. Маклаков, ранее, в октябре 1913, предлагавший распустить 4-ю ГД, если она будет протестовать против введения в Санкт-Петербурге положения чрезвычайной охраны, улавливая, по словам Коковцова, «мысль повелителя». Николай II считал, что право Думы окончательно отвергать законопроект — «это при отсутствии у нас конституции есть полная бессмыслица», и было бы «хорошим возвращением к прежнему спокойному течению законодательной деятельности и притом в русском духе» представлять мнения большинства и меньшинства на выбор и утверждение государя.
    Несмотря на то, что с начала 1-й мировой войны 1914-1918 либеральная часть 4-й ГД отказалась от оппозиции правительству, Николай II не сумел использовать общий патриотический подъем и потенциал Думы как необходимого в условиях войны центра консолидации общественности. Не учитывал он и роль Думы как барометра общественных настроений. Тем самым вновь было упущено время для преобразований, способных предотвратить революцию. С согласия императора правительство устанавливало продолжительные перерывы между думскими сессиями. Императрица внушала мужу, что слушать надо «голос России, а вовсе не голос общества или Думы», и, соглашаясь с ней, император утверждал, что нарочно назначает на государственные должности тех, кого не любит или ненавидит общественное мнение, так как уверен, что «Россия одобрит эти назначения». Лишь после военных поражений весны-лета 1915, он поступил противоположным образом, уволив под давлением продумски настроенных министров четырех самых одиозных министров, враждебных Думе (В.К. Саблера, Н.А. Маклакова, В.А. Сухомлинова и И.Г. Щегловитова). Однако после того, как Николай II возложил на себя обязанности верховного главнокомандующего, он отправил в отставку возражавших против этого министров, полагавших, что пребывание в Ставке отдалит императора не только от правительства, но и от Думы.
    С образованием в августе 1915 Прогрессивного блока конфликт между подчинявшейся императору исполнительной властью и Государственной думой развивался по нарастающей. В фокусе конфликта находилось пожелание блока создать министерство (правительство) общественного доверия. Более умеренное по сравнению с первоначальным требованием ответственного министерства, оно было рассчитано на компромисс, но Николай II, вопреки мнению большей части министров, от такого компромисса отказался, объявив 3.9.1915 перерыв в работе Думы. С другой стороны, небывало резкая (особенно с конца 1916), хотя и не всегда обоснованная критика с думской трибуны политики правительства и засилья «темных сил» в ближайшем окружении императора, требования отставки министров в качестве условия совместной работы с правительством и прозрачные намеки на измену почти не оставляли Николая II пространства для маневра.
Не замечая растущей изоляции режима, не придавая должного значения таким фактам, как присоединение к программе Прогрессивного блока великих князей, ряда дворянских собраний, Государственного совета, Николай II и в этой кризисной ситуации предпочел советы тех, кто предлагал не созывать Думу как можно дольше (чего добивалась императрица) или «закрыть» ее с тем, чтобы провести возможно позже новые выборы, обеспечив в новой Думе угодное императору большинство. Даже после того, как было решено Думу все же созвать, но перенести дату открытия очередной сессии с 12.1 на 14.2.1917, Н.А. Маклаков, будучи уже частным лицом, подготовил «на всякий случай» по поручению Николая II и в соответствии с рекомендациями правых политических деятелей проект манифеста о роспуске Думы без указания времени нового созыва.
    Угрозой распустить Думу в случае повторения резких выступлений депутатов император закончил и последнюю аудиенцию, данную им Родзянко накануне открытия сессии, 10.2.1917, не прореагировав на его настоятельную просьбу уступить большинству Думы во избежание революции. Аналогичной была реакция императора на телеграмму Родзянко, направленную в Ставку 26.2.1917, когда Петроград был уже в руках восставших, с той же уже запоздалой просьбой: «Опять этот толстяк Родзянко написал разный вздор, на который я ему не буду даже отвечать».
    По свидетельству Родзянко, 22.2.1917, то есть еще до восстания в Петрограде, Николай II намеревался объявить в Думе о согласии на создание ответственного министерства, но вместо этого он удалился в Ставку, видимо, надеясь, что запланированное на весну 1917 наступление на фронте изменит общественное настроения. Реально о правительстве, ответственном перед Думой, было сказано впервые лишь в последних подписанных в Пскове 2.3.1917 актах - в Манифесте об отречении от престола в пользу великого князя Михаила Александровича, которому Николай II «заповедал» «править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях на тех началах, кои будут ими установлены», и в указе о создании правительства, ответственного перед Думой, во главе с князем Г.Е. Львовым. Отказ Николая II от политики игнорирования Думы в пользу политики сотрудничества с ней совпал тем самым с фактическим упразднением монархии (поскольку Михаил Александрович не принял престола) и прекращением деятельности Думы. Никакого влияния на ход событий это решение бывшего императора уже не могло оказать.

Источники
Переписка Николая и Александры Романовых. М.; Пг. (Л.), 1923-1927. Том 3-5;
Переписка Н.А. Романова и П.А. Столыпина // КА ["Красный архив"]. 1924. Том 5;
Переписка Николая II и Марии Федоровны // КА. 1927. Том 3 (22);
Записки Ф.А. Головина // КА. 1926. Том 6;
Крыжановский С.Е. Воспоминания. Берлин, без года;
Дневники императора Николая II. М., 1991;
Родзянко М.В. За кулисами царской власти. М, 1991;
Совет министров Российской империи в годы Первой мировой войны: Бумаги А.Н. Яхонтова (записи заседаний и переписка). СПб., 1999;
Власть и крайние правые партии: Запись беседы дворцового коменданта В.А. Дедюлина // ИА ["Исторический архив"] 2000, № 1;
Глинка Я.В. Одиннадцать лет в Государственной думе. М, 2001.

Литература
Дякин В.С. Русская буржуазия и царизм в годы Первой мировой войны (1914-1917). Л., 1967;
Дякин В.С. Буржуазия, дворянство и царизм в 1911-1914 годы. Л, 1988;
Дякин В.С. Был ли шанс у Столыпина? СПб., 2002;
Черменский Е.Д. 4-я Государственная дума и свержение царизма в России. М, 1976;
Старцев В.И. Русская буржуазия и самодержавие в 1905-1917 годах. Л, 1977;
Кризис самодержавия в России, 1895-1917 годы. Л, 1984;
Аврех А.Я. Царизм и IV Дума, 1912-1914 годы. М., 1981;
Аврех А.Я. Царизм накануне свержения. М, 1989;
Ганелин Р.Ш. Российское самодержавие в 1905 году: Реформы и революция. СПб., 1991;
Шевырин В.М. Государственная дума в России (1906-1917 годы). М, 1995;
Демин В.А. Государ¬ственная дума России (1906-1917): Механизм функционирования. М., 1996;
Власть и реформы, СПб., 1996;
Смирнов А.Ф. Государственная дума Российской империи. М., 1998;
Боханов А.Н. Император Николай II. М, 1998;
Ананьич Б.В, Ганелин Р.Ш. Сергей Юльевич Витте и его время. СПб., 1999;
Искендеров А.А. Закат империи. М., 2001;
Малышева О.Г. Думская монархия. М, 2001. Часть 1;
Представительная власть в России: История и современность. М, 2004.

И.С. Розенталь, В.А. Демин.

ГДРИмп.411.jpg
Гнездо семантики:
10841 НИКОЛАЙ II
21497 Николай II
45999 Николай II
Семантические связи гнезда:
Друг
Мать
Означающие
Портреты
Семантические связи ID:
Мать
Ссылки из карточек:
31365 РОДЗЯНКО Михаил Владимирович
Словарно-поисковая система.

Сайт создан в СВЕ.РУ
Управление сайтом CMS SSPRO

Карта сайта
Главная
О проекте
Обратная связь
Все означающие
Книги
Контакты


 
www.podarkislogotipom.ru | www.oilsandfats.ru
|